16 сентября в кинотеатрах вышла экранизация культового романа Фрэнка Герберта «Дюна», снятая голливудским визионером Дени Вильневым. Кинокритик Кирилл Горячок и вице-президент по бизнес-технологиям «Тинькофф» Константин Маркелов разбираются в смыслах и идеях картины и первоисточника.
Кирилл Горячок, кинокритик:
В далеком будущем пустынная планета Арракис становится причиной раздора между феодальными кланами и межгалактическим императором. В здешних песках хранится уникальная специя – меланжа, которая действует как галлюциногенный наркотик и открывает в человеке способности к телепатии. С помощью меланжи люди научились преодолевать огромные космические расстояния, поэтому тот, кто владеет Арракисом, обладает огромной властью во вселенной. Многие годы дом Харконненов выпивал все соки из планеты ради наживы, не считаясь ни с экосистемой Арракиса, ни с местными жителями – фрименами. Но настал тот день, когда император приказал Харконненам убраться с пустынной планеты, а на их место поставил другой дом – благородных Атрейдесов. Юный принц Пол Атрейдес (Тимоти Шаламе) прибывает вместе со своей семьей – отцом-герцогом Лето (Оскар Айзек) и матерью Джессикой (Ребекка Фергюсон) – на Арракис. По ночам он видит странные сны, предсказывающие будущее, а местные фримены отчего-то называют его мессией.
Но пока Пол пытается понять собственное предназначение, он оказывается в эпицентре политических интриг, которые вскоре изменят его жизнь.
Кирилл Горячок:
«Дюна» Фрэнка Герберта – одно из ключевых произведений фантастики ХХ века. Книга, вышедшая в 1965 году, – это многослойное повествование, полное культурных отсылок и философских размышлений. Мир «Дюны» сложно устроен, и сразу понять его правила не так уж просто. Но в нем разворачивается архетипичное приключение – становление юного героя, его обретение самого себя через испытания и потери.
Хотя «Дюна» повлияла, пожалуй, на всю кинофантастику, включая «Звездные войны»,
с экранизациями роману Герберта не везло.
К ней подступались такие режиссеры-визионеры, как Алехандро Ходоровски и Дэвид Линч: замысел первого так и не был реализован, а второй от получившейся картины вовсе отрекся – продюсеры загубили все его идеи. Наконец «Дюна» возродилась в руках Дени Вильнева, автора «Прибытия» и «Бегущего по лезвию 2049». И хотя очень многие смыслы и идеи Герберта в фильм не вошли, «Дюна» Вильнева – масштабная и вполне достоверная экранизация романа, которая одинаково будет интересна как фанатам, так и новичкам.
Задачу рассказать о мире «Дюны» в полнометражном фильме не назвать легкой, основное действие у Герберта предваряется целыми веками предысторий. Однако Вильнев отбирает все самое важное, при этом не перегружая зрителя лишней информацией. А к странным словам вроде «Квисатц Хадерах» и «Бене Гессерит» довольно быстро привыкаешь.
Главное, что удалось передать Вильневу, – это загадочная атмосфера романа.
Гигантская пустыня Арракиса становится полем битвы двух цивилизаций – феодальной империи, славящейся технологиями и сложной социальной иерархией, и фрименов, живущих архаично – в пещерах по принципу чуть ли не родовой общины.
Этот контраст Вильнев великолепно передает с помощью роскошной картинки и очень дорогого и продуманного до мелочей продакшена. В мире «Дюны» вообще очень сложно переплетаются разные стили и культурные лейтмотивы: научная фантастика и мифология, технологии и эзотерика, Запад и Восток. И в экранизации противопоставления чувствуются – Вильнев вовсю раскручивает заложенные в первоисточнике размышления о хищническом колониализме, уничтожающем экосистему и угнетающем менее развитых местных жителей.
Подается этот конфликт в том числе через характеры персонажей и различные мировоззрения трех представленных фракций. Безумный барон Харконнен, сыгранный Стелланом Скарсгардом, одержим властью и прибылью, с наслаждением строит козни и убивает своих конкурентов. Герцог Атрейдес, напротив, верен принципам, хранит честь своего аристократического рода, заботится о своих людях и надеется выстроить экономику Арракиса по принципу содружества с коренными жителями и местной экологией. Фримены, часть которых возглавляет герой Хавьера Бардема, представляют собой племя воинов, чья жизнь построена вокруг ритуалов и религиозных верований. Они ближе всех к природе планеты и поклоняются гигантскому червю Шай-Хулуду – покорителю дюн.
Юный Пол Атрейдес переживает целый ряд метаморфоз на протяжении фильма – от избалованного принца-аристократа до очищенного от условностей и предрассудков цивилизации воина пустыни. Тимоти Шаламе отлично подошел на эту роль – его меланхоличный и томный взгляд передает смятение и растерянность героя, на чьи плечи сваливается слишком многое. В своих видениях он видит обрывки будущего, но все еще не знает, можно ли им доверять, есть ли вероятность изменить судьбу? К слову, это экранизация только половины первой книги Герберта, поэтому все главные изменения Пола еще впереди. Однако режиссеру удается поставить точку в очень правильном месте, не обрывая на полуслове и оставляя множество намеков на дальнейшие события.
На первом плане «Дюны» разворачивается
классический миф о герое.
«Дюна» Дени Вильнева – идеальная экранизация, которая предельно верна духу и букве романа.
Но это еще и идеальный блокбастер с эпическим масштабом, каскадом звезд и патетичной музыкой Ханса Циммера. Вильнев создал особый киномир, в котором хочется обитать, который интригует и подталкивает к исследованию. Несомненно, вселенная «Дюны» после выхода фильма станет еще более популярной.
Кроме того, ее проблематика – экономическая, политическая
и экологическая – сегодня как никогда актуальна.
Вместе с экспертом «Тинькофф» разбираемся, насколько реален и этичен футуристический сюжет фильма с точки зрения современных технологий и при чем тут искусственный интеллект.
Константин Маркелов, вице-президент по бизнес-технологиям «Тинькофф»:
Константин Маркелов, вице-президент по бизнес-технологиям «Тинькофф»:
Антагонизм технологий и природы – популярная тема футуристических сюжетов и фантастических фильмов и книг. В «Дюне» описывается в том числе и этот неразрешимый конфликт. Но важно отделять конфликт технологий и природы от конфликта добра и зла, потому что злом технологии делают руки, в которых они находятся.
Технологии можно применять и на благо природы, весь вопрос в том, догадается ли человечество, что это выгодно, до того, как станет слишком поздно. Слишком поздно стало в цивилизации Харконненов, олицетворяющих однозначное зло. При их правлении восторжествовал «технологический и индустриальный ад». Особенно ярко это проявляется в изображении родной планеты Харконненов в фильме.
Если обратиться к истории, технологии всегда создавались человеком для облегчения своего существования. Когда-то давно люди были сильными, как обезьяны, с огромными костями и мышцами. Затем появились инструменты и машины, сильно облегчающие ручной труд, оружие, уравнивающее силы между людьми, – человек начал постепенно «слабеть», физическая сила перестала играть столь важную роль. У людей освободилось время и ресурсы для более интеллектуальной и созидательной работы, для изобретения новых технологий. А сейчас наблюдается тенденция, при которой уже и мозг будет не так важен для успешной конкуренции и выживания, как обладание технологией.
В «Дюне» мы видим, как могут быть использованы технологии в добрых руках.
Следующая прорывная технология, способная изменить все и повлиять на жизнь всех людей, – это, безусловно, искусственный интеллект.
Кстати, в книге описывается вселенная, в которой человечество отказалось от умных машин из-за прошедшей великой войны с искусственным интеллектом. К сожалению, в фильме этот момент не оговаривается, но для понимания вселенной «Дюны» он очень важен. Это решение повлияло на человечество – людям пришлось развивать способности своего тела в отсутствии нужных технологий. В «Дюне» основное действие разворачивается уже после эскалации конфликта человека и компьютера. И тем интереснее наблюдать за противопоставлением цивилизации и архаичных фрименов, которые как раз с технологиями не сталкивались, а развивали свою физическую и духовную стойкость.
На мой взгляд, Фрэнк Герберт
в «Дюне» утверждает, что технологии и природа вполне могут сосуществовать, если первое работает на благо второго.
При развитии и внедрении технологий важно преследовать цели облегчения жизни и руководствоваться принципами гуманизма – не противопоставлять их человеку и природе в целом.
Все, что происходит сегодня по части развития технологий и ИИ, ведет нас к построению высокотехнологичной империи, и дороги назад уже не будет. Даже условно «зеленые» технологии по-прежнему требуют огромных выбросов углекислого газа. Например, при производстве электромобилей выделяется более чем в полтора раза больше CO2, чем при выпуске машин с ДВС. Одна батарейка загрязняет 20 квадратных метров земли тяжелыми металлами на многие десятилетия. Отравленная почва не позволяет растениям жить и обогащать планету кислородом, земля становится бесплодной – чем не движение к индустриальному аду, описанному в «Дюне»?
Вторая важная проблема, затронутая в «Дюне», – расслоение общества.
К социальному неравенству привели многократные войны и хищническое отношение к ресурсам и технологиям – интересы индивидуумов или кланов ставятся выше всеобщего блага. Обратите внимание, как Харконнены используют добытую на Арракисе меланжу – их интересует исключительно сиюминутная прибыль и власть. В «Дюне», кстати, не только меланжа становится предметом торга, но и вода. Одна из сцен фильма прекрасно иллюстрирует колониальное мышление аристократов Арракиса. Каждая пальма в саду царского дворца потребляет в день столько воды, сколько пять человек. Нецелесообразное распределение ресурсов и приводит в конечном итоге к большим проблемам и конфликтам.
Свободный рынок без должного регулирования, законов и государства всегда будет приводить к расслоению, а затем феодализму
и «средневековью».
Поскольку процессу, при котором богатые богатеют, а бедные беднеют, ничего не будет мешать, а полная свобода будет его только усиливать. Правильное регулирование финансовой системы, безусловно, сокращает неравенство.
Это заметно на примере финансовых институтов. Сегодня они дают равный доступ к кредитам, депозитам и другим финансовым сервисам. Все это ресурсы, отсутствие равного доступа к которым очевидным образом приведет к социальному неравенству. Финансовые институты упрощают ведение любой хозяйственной деятельности и позволяют накапливать ресурсы и богатеть.
Высокие технологии в виде интернета и мобильных сетей за последние годы существенно поменяли способы взаимодействия людей.
Интернет – великий уравнитель и демократизатор. Он дал всем людям на планете равный доступ к информации. В масштабах цивилизации все это случилось очень быстро. Давать прогнозы в таком стремительно меняющемся мире довольно сложно. Но очевидно, что технологии
и дальше продолжат фундаментально менять социум.
Кирилл Горячок, кинокритик:
